„Сбалансированная” внешняя политика Молдовы, ось Париж–Москва и украинское досье, Op-Ed

Как бы громко ни звучала позиция президента Додона на внешней арене, его действия, похоже, скорее служат интересам России, нежели продвигают национальные интересы, открыто игнорируя обязательства из Соглашения об ассоциации с ЕС…”
---


Достижение баланса во внешней политике Молдовы, по-видимому, становится важным элементом президентского мандата Игоря Додона, завершающегося осенью 2020 года. В качестве лидера пророссийских сил и в отсутствие какого-либо серьёзного сопротивления в области внутренней политики, президент намерен повлиять на параметры внешней политики в направлении „стратегического партнёрства” с Россией. За исключением досрочных выборов, пока остающихся под вопросом, ничто другое не способно умерить его желание, которое активно воплощается в жизнь, увеличить вес России в рамках конфигурации национальных приоритетов. В свете этой цели усилиям по европейской интеграции противопоставляется „сила российско-евразийской альтернативы”. Отношение к подлинным, изнурительным, но модернизирующим изменениям в любой сфере, от экономического производства до восприятия ценностей, неизбежно ухудшается, поскольку предлагается более простая модель.

Падение олигархического режима в начале лета 2019 года позволило проводникам российской повестки дня в Молдове преодолеть (пока неясно, на какой срок) изъян в виде ассоциациирования их со „злодеями” и взять на вооружение реформистскую риторику, хотя для них не характерную и чуждую, но жизненно важную для молдавской общественности и ценимую внешними партнёрами. Парадоксально, но благодаря этим шагам президент Додон и социалисты продемонстрировали свою политическую полезность не только Москве, но и Западу. Следовательно, на обоих географических направлениях власть, осуществляемая политическими партиями, черпающими вдохновение из системы российских политических и цивилизационных ценностей, как приемлема, так и привлекательна.

Региональный геополитический контекст, похоже, способствует этой конъюнктуре. Намерение президента Франции Эммануэля Макрона „пересмотреть архитектуру безопасности и доверия”, в том числе в сфере общего европейского соседства, между Россией и ЕС, указывает на появление окна возможностей для возобновления отношений с Москвой (Elysee.fr, 19 августа 2019 г.). Усилия Парижа привели к возобновлению работы российско-французского Совета сотрудничества по вопросам безопасности всего через месяц после встречи Макрона с Путиным. Особое внимание Совет уделяет разработке идей, касающихся „стратегической стабильности и европейской безопасности” (MID.ru, 8 сентября 2019 г.).

Оптимизм французской стороны, спокойно воспринимаемый Германией и другими европейскими государствами, а также Евросоюзом, обусловлен практически абсолютной уверенностью в том, что Украина при президенте Володимире Зеленском готова пойти на уступки, необходимые для прекращения войны на Донбассе. Как результат своего искреннего обязательства прекратить войну любой ценой, хотя и сопряжённого с многочисленными скрытыми рисками, президент Зеленский одобрил договорённости об обмене заключёнными с Россией, согласованном напрямую с президентом России Владимиром Путиным. Таким образом, были освобождены 35 украинцев (Reuters, 7 сентября 2019 г.), в том числе 24 украинских моряка и 11 политических заключённых, незаконно удерживавшихся российскими властями. Одновременно 35 российских и украинских граждан, задержанных в Украине за военную деятельность в Донбассе, были доставлены в Россию, в том числе украинец Володимир Цемах, выдачи которого добивались голландские власти (UNIAN, 8 сентября 2019 г.) за участие в сбитии гражданского самолета MH17 в 2014 году (Radio Free Europe, 5 сентября 2019 г.). Обмен пленными придал толчок обсуждению перспектив окончательного урегулирования „Донбасского досье”, с положительными последствиями для всех вовлечённых сторон, но в особенности для России. В то же время возобновление диалога между Киевом и Москвой облегчает пророссийскую риторику внутри молдавской правящей коалиции и способствует распространению ощущения, согласно которому Россия играет конструктивную роль в регионе, в том числе и в урегулировании приднестровского конфликта.

„Нормализация” отношений: ставки Украины, России и ЕС

На макро-геополитическом уровне всё внимание приковано к размораживанию диалога между Киевом и Москвой. Обмен пленными, жизненно важный для физической и психической безопасности незаконно удерживавшихся в России лиц, является важным отправным пунктом для возможной „нормализации” российско-украинских отношений. И Зеленскому, и Путину необходима более выигрышная репутация в глазах общественности для достижения своих долгосрочных внутриполитических целей.

Каждая уступка в пользу позиций Москвы представляет для украинского лидера угрозу в адрес национального консенсуса, сложившегося вокруг повестки его правления, в адрес доверия к нему самому и к его „правой руке” в законодательном органе – „Слуге народа”. Тем не менее, снижение статистики погибших на войне и прокладка пути к устойчивому миру доминируют в политических расчётах Зеленского, отражающихся в ожиданиях населения или вдохновляемых ими. Предвыборные опросы очень чётко показали публичные предпочтения украинцев, поместив „окончание войны на Донбассе” на вершину рейтинга приоритетов (65%), далее следуют улучшение экономической ситуации (39%) и борьба с коррупцией (33%) (IRI, июнь 2019 г.).

Любое улучшение в области отношений с Украиной, без реальных уступок со стороны России, идёт на пользу путинскому режиму. Последний заинтересован в том, чтобы превратить миротворческую направленность Зеленского в ценный источник укрепления собственной легитимности, активно оспариваемой молодым поколением россиян. Оценки Центра восточноевропейских и международных исследований выявляют негативный тренд в поддержке молодёжью путинского режима и связанных с ним элементов – государственных средств массовой информации, местных органов власти и даже церкви. Всего за год, абсолютное („совершенно не верю”), а также умеренное („скорее не не верю”) недоверие увеличились с 14% и 17%, в 2018 году, до 21% и 24% – в 2019 году. Ухудшение экономических перспектив, по-видимому, является решающим фактором омоложения протестных сил в рамках российской антисистемной оппозиции. Падение популярности Путина и его партии „Единая Россия” подтолкнуло их прибегнуть на сентябрьских региональных выборах 2019 года к услугам кандидатов, „замаскированных” под независимых (TheMoscowTimes, 5 сентября 2019 г.).

В то время как украинское руководство придерживается пацифистской доктрины, Москва нацелена на нормализацию двусторонних отношений с Украиной (Kremlin.ru, 7 сентября 2019 г.). Благожелательная позиция, высказанная российским МИДом в отношении Зеленского, обнаруживает признаки тактики стимулирования уступок, а также дискредитации украинских политических сил, выступающих против уступок (MID.ru, 7 сентября 2019 г.). Тем самым Россия перекладывает всю ответственность за стабилизацию Донбаса на „политическую волю” Зеленского, повышая внутреннее и внешнее давление на него. Будущие обмены пленными, участниками которых станут представители татарского меньшинства, будут и далее использоваться для снижения популярности среди украинской общественности военного варианта, как решения для защиты суверенитета и территориальной целостности на Донбассе. Активность Франции в рамках нормандского переговорного формата (Elisee.fr, 7 сентября 2019 г.) сигнализирует о подготовке европейских „тяжеловесов” к посредничеству для „нормализации” российско-украинских отношений, без предоставления Киеву гарантий относительно издержек, сопутствующих переговорам, на которых условия будет диктовать российская сторона. ЕС не вмешивается, не обладая полномочиями в рамках переговорного процесса, но деликатно поощряет продолжение начатого процесса (EEAS, 7 сентября 2019 г.).

Стабилизация Донбаса представляет собой цель, не имеющую конкретных сроков решения, она сочетается с сиюминутными и временными возможностями, , а также со стратегическими угрозами для безопасности Украины и Европы. Россия желает сохранить Украину в политически разнородном состоянии, с пророссийским „центром”, находящимся под влиянием Востока, с экономикой, восстановленной за счёт международного финансирования. Этот „центр” должен будет в любое время влиять на принятие политических решений в Киеве. Теоретически реинтеграция сепаратистских регионов потребует тех энергии и ресурсов, которые в настоящее время предназначаются для проевропейских устремлений. Параллельно с этим экономические санкции Евросоюза в отношении российских компаний (из финансового, энергетического, военного секторов) лишатся своей мотивации и будут отменены, за исключением санкций, связанных с аннексией Крыма.

По мнению нынешнего украинского руководства, окончание войны является первоочередной задачей. Дисциплинированное осуществление последнего „обмена пленными” порождает ожидания, согласно которым администрация Зеленского продемонстрирует такую же эффективность и в отношении политической части „Минских соглашений” – об организации выборов в сепаратистских регионах и о признании их результатов Киевом (KAS, февраль 2019 г.). У Зеленского имеется парламентское большинство (254 из 424 мандатов), необходимое для внесения изменений в „Закон об особом порядке местного самоуправления в отдельных районах Донецкой и Луганской областей” от сентября 2014 года, с целью разорвать взаимозависимость „проведения выборов” с предшествующим ему этапом „вывода российских вооружённых сил и вооружений”. Провал в рамках энергетического досье, результатом которого станет прекращение транзита российского газа через Украину с конца 2019 года, может породить враждебность, но не настолько сильную, чтобы негативно отразиться на расширении диалога между Путиным и Зеленским.

Умиротворение Донбаса принесёт облегчение новому составу Европейской комиссии во главе с Урсулой фон дер Ляйен. Отказ от расширения экономических санкций (продлённых до января 2020 года) повлечёт за собой отмену экономического эмбарго, наложенного Россией на агропродовольственные товары из ЕС. Европейская политика и экономика находятся в поиске альтернативных партнёров, заинтересованных в многополярном миропорядке – таково логическое следствие ухудшения трансатлантических отношений, вызванного торговым протекционизмом и односторонней дипломатией вашингтонской администрации. Недавнее известие  о стагнации немецкого экспорта и опасения по поводу возможной американо-китайской торговой войны побуждают Францию, Германию и ЕС оздоровлять свои отношения с международными игроками, считающимися незаменимыми для европейской стабильности. Поэтому данные игроки будут поддерживать политическое большинство, сложившееся вокруг Зеленского, чтобы добиться качественного скачка в диалоге с Москвой как можно быстрее и с приемлемыми масштабами рисков.

„Большой пакет для Молдовы и сбалансированная внешняя политика

Совпадение геополитических интересов в Украине имеет несравнимо большую важность, чем перспектива урегулирования приднестровского конфликта, остающегося в „замороженном” состоянии уже более двух десятилетий. Тем не менее, последние шаги президента Додона на внешней арене, на направлении Восток–Запад, обнаруживают его попытку упаковать „сбалансированную” внешнюю политику заодно с приднестровской проблематикой. В ходе своего визита в Брюссель, второго по счёту после состоявшегося в феврале 2017 года, Игорь Додон озвучил тезисы уже известного „Большого пакета для Молдовы”. Представленный на Мюнхенской конференции по безопасности в феврале 2019 года, „Большой пакет” основан на двух концепциях. Первая из них заключается в „проведении сбалансированной внешней политики”,  вторая – в „укреплении принципа нейтралитета”, признанного на международном уровне (Presedinte.md, 15 февраля 2019 г.).

Консенсус внешних игроков – США, России и ЕС – по поводу преодоления молдавского политического кризиса в июне 2019 года послужил ориентиром для обоснования актуальности тезисов „Большого пакета”. Эти тезисы фигурировали на переговорах с главой европейской дипломатии Федерикой Могерини (Presedinte.md, 5 сентября 2019 г.) и с генеральным секретарём НАТО Йенсом Столтенбергом. Проигнорированное на Мюнхенской конференции предложение о проведении „сбалансированной внешней политики на основе нейтрального статуса” Игорь Додон считает „основным приоритетом руководства Республики Молдова” (Presedinte.md, 5 сентября 2019 г.). Не разделяемые премьер-министром Майей Санду и Министерством иностранных дел и не обсуждавшиеся с молдавским гражданским обществом, эти внешнеполитические  устремления незаконны изначально. Тем не менее, президент Додон планирует обсудить „Большой пакет для Молдовы” с ЕС, США и Россией и вместе с ними „разработать дорожную карту для её успешной реализации"” (ТАСС, 27 августа 2019 г.).

Ни теоретически, ни практически такой „пакет” не является ни логичным, ни осуществимым, даже если президент Додон и уделяет ему приоритетное внимание в рамках своей политической повестки дня. Во-первых, внешняя политика и нейтральный статус являются производными народного суверенитета и не могут быть закреплены извне, если страна является признанным субъектом международного права. Другой логический изъян предлагаемого механизма заключается в том, что любое вмешательство США, ЕС или России в вопросы внутренней политики будет равнозначно вмешательству во внутренние дела Молдовы.

В настоящее время вступление страны в НАТО отвергают 53% граждан (БОМ, май 2018 г.), а положения Конституции уже обеспечивают юридически-правовой механизм, необходимый для его защиты. Более того, европейская интеграция страны является двигателем правовой и экономической модернизации страны, а ранее имел место политический интерес к закреплению европейского вектора в Конституции (IPN, 18 декабря 2017 г.). Иными словами, механический подход к внешней политике или нейтралитету разрушает национальный суверенитет страны и искажает волю её населения. В целом, прежде чем выступать с подобными инициативами за рубежом, Администрация президента должна разобраться с этой проблемой на национальном уровне, в том числе протестировать её в рамках диалога с партнёрами по правлению.

Вместо заключения...

Россия предпочитает „нормализовать” свои отношения с теми странами региона, которые сталкиваются с сепаратизмом, ставя перед собой конечную цель в виде углубления российского влияния. Автоматическое принятие модели, предложенной российской стороной, может привести к неизбежной приднестровизации Украины. „Нормализация” отношений, как в случае Грузии, также может привести к пересмотру границ (”borderization”) сепаратистскими регионами, поддерживаемыми Россией (Южная Осетия). Поэтому в случае нормализации российско-украинских отношений Запад обязан будет поддерживать национальные интересы Украины, тем самым внося свой вклад в стабильность страны с европейскими устремлениями и в безопасность на Востоке европейского континента.

Любого рода „пакет” для Молдовы, используемый для замораживания внешней политики или для вмешательства в нейтральный статус, прописанный в Основном законе страны, априори незаконен. Как бы громко ни звучала позиция президента Додона на внешней арене, его действия, похоже, скорее служат интересам России, нежели продвигают национальные интересы, открыто игнорируя обязательства из Соглашения об ассоциации с ЕС. Раздел II, Статья 3 Соглашения, предусматривает, что политический диалог ЕС–Молдова „повысит  эффективность  политического сотрудничества  и  будет способствовать  сближению  по  внешним  вопросам  и  вопросам безопасности”. Насколько это положение совместимо с „Большим пакетом”, озвученным президентом Додоном?

Дионис Ченуша